...

Ярая смерть не щадит человека:
Разве навеки мы строим домы?
Разве навеки ставим печати?
Разве навеки делятся братья?
Разве навеки ненависть в людях?
Разве навеки река несет полые воды?
Стрекозой навсегда ль обернется личинка?
Взора, что вынес бы взоры Солнца,
С давних времен еще не бывало:
Спящий и мертвый друг с другом схожи —
Не смерти ли образ они являют?
Человек ли владыка? Когда близок он к смерти,
Ануннаки сбираются, великие боги,
Мамет, создавшая судьбы, судьбу с ними вместе судит:
Они определили смерть и жизнь,
Смерти дня они ведать не дали.

Биографика

Шерстя столбцы Сибирского приказа нашел кое-что про соратника Ермака и его сына, который стал певчим дьяком в Софийском доме. Челобитная характеризует некоторые черты первых сибирских архиереев.

…бьет челом сирота твой беспомошной и безплемнной твоей государеы отчины из Сибири Тоболского города уроженец отставленной певчей дьячишко Ульянко Козмин. Дед мой Семен Федоров сын Шемелин служил тебе, государю, из давних лет, а пришол в Сибирь с атаманями, с Ермаком Тимофееви-чем с товарыщи в казаках, и Сибирь тебе, государю, очистил и кровью своею взял за саблею. А как государь царь Василей Иванович всея Русии стоял под Тулою и за службу и за кровь деда моего пожаловал, велел быть в атаманех. И того ж, государь, году деда моего Семена под Тулою на приступе убили, а отец мой остался в молодых летах в большом увечье. А я, сирота твой, в Тобольску вскормлен у родителей своих, у таможенного подьячего, у Ильи Охлябинина, и в прошлом, государь, 137м году после дяди моего Ильи бывшей твой государев богомолец архиепископ Макарей взял меня от родителей своих в подъяки силою. А после, государь, того у твоего государева богомольца Нектария архиепископа был в певчих дьячках. А нынешний, государь, архиепископ Герасим приехал в Тоболеск семьянист, з братьями, и с племянники, и з детьми, а нас, государь, старых софейских детей боярских и певчих дьяков, многих отлучил и многие бродят промеж двор, а иные, государь, архиепископьи дети боярские и певчие дьячки Богдан Назимов, Петр Кибирев, Григорей Тутолмин, певчей дьяк Борис Детков ныне тебе, государю, служат в Тоболску в детех боярских по городу. А я, бедной и беспомошной, брожу меж двор, помираю голодною смертию. И в нынешнем 155м году Тобольского города литовского списку конного казака Ивашка Заева не стало. Милосердый государь царь и великий князь Алексей Михайлович Всея Русии пожалуй меня, сироту своего бедного и беспомошного отставленого певчего дьячишка, вели мне служить в Тобольску на тово ивашково место, царь государь смилуйся пожалуй.
Из отпуска: …и как к вам ся наша грамота придет, а Ульянко будет из певчих дьяков отставлен не за воровство, а будет ивашково место порозжее, и вы б ему, Ульянку, велели быти в Тобольску в конных казаках на ивашково место с рядовым окладом. Писан на Москве лета 7155го апреля в 30 день.

Опус Егора Багрина

Частенько вижу в инете ссылки на материалы этого автора и поэтому надо бы черкануть что-то на тему его opus magnum"а (Военное дело русских на восточном пограничье...).
Помню купил я эту книгу и пока шла она почтой думал, вот наконец-то исследователь из СПб на широком архивном материале расскажет про военное дело в самой далекой части русского глобуса. В СПб же ПФА АРАН, где есть якутская и иркутская приказные избы. Да и РГАДА оттуда недалече.
А когда получил книгу и прочел, то испытал я, мягко говоря, боль о потраченных деньгах. Оказалось, что работа написана почти целиком на опубликованном материале.
Как обычно, дополнения к актам историческим (ДАИ) и императорская археографическая комиссия рулят. Отсюда все недостатки работы. Автор заявился на огромную территорию, от Братска до Албазина. Там много чего происходило и происходило по-всякому. Однако, ограничился он только сферой внимания публикаторов ДАИ (хабаровщина, кое-какие эпизоды обороны Албазина от манчжуров и др.). Такие крупные свершения как рейд Бекетова в Даурию 1652-1654 гг., поход Пашкова и т.д. автор по понятным причинам обошел ("жития" Аввакума недостаточно).
Во введении к своей книге Багрин пишет, что пользовался аж тремя архивными фондами (РГАДА). Наряду с этим, "разбора" конкретных источников у него нет (Багрин не указывает, какие именно он смотрел документы и, главное, почему выбрал именно их). Вместо этого там есть общие рассуждения о том, что такое "отписка", "челобитная", "наказ" и т.д. В конце книги мы находим жиденький перечень, по терминологии автора "архивных и неопубликованных материалов" (с. 185). Тут есть одно дело из фонда "Иркутская приказная изба" (1121), 8 дел из "Нерчинской приказной избы" (1142). И единственная большая единица хранения, поименованная Багриным как Ф. 214. (это Сибирский приказ) Д. (дело) 1059, насчитывающая 342 листа. И тут наступает вопрос. Дела по периоду до учреждения Сибирской губернии в Ф. 214. есть в составе описей 4 и 5. Так, вот, в оп. 5. Д. 1059 - это (внимание!) дело о строительстве Абаканского острога 1707 г., в котором 43 листа! В общем, вот, и гадай, что имел в виду автор. Хотя, судя по ссылкам на стр. 131 и 133, это какая-то окладная ("именная") книга по Иркутскому и Нерчинскому уездам середины 1680-х гг. (или типа того).
Впрочем, ссылки на архив носят, в основном, формальный характер.
Работа написана по "окрошечному" принципу. Вместо стройного повествования, из источников собраны примеры, которые распределены по рубрикам (про "тактику", про холодное/огнестрельное/защитное вооружение). И, вроде, все соответствует теме и замыслу, но перескоки с одного региона и времени на другое напрягают.
К тому же, автор не разделяет государственные военные "предприятия" вроде действий отрядов "Даурского полка" против империи Цин и "полу-частные" рейды типа похода Хабарова-Степанова. Ибо одно дело, когда какая-то ватага идет воровать-убивать, а другое - когда воевода или "приказной человек" должен все делать по "государеву наказу", что напрямую влияло на тактику (в XVII в. существовала довольно муторная процедура присоединения новых земель).
Неубедительным выглядит тезис о "партизанской войне" туземцев против русских, т.к. спорадические столкновения за охотничьи угодья не носили какого-то системного характера. Сомнительно, что иноземцы обладали таким уровнем самосознания, что начали массово партизанить.
То, что автор не знаком с актовым материалом больно бьет даже по частным выводам. Например, на с. 181 можно "узнать", что у забайкальских казаков не было сабель. Хотя, на самом деле, они встречаются в росписях выморочного имущества. Например, у селенгинского конного казака Федора Леонтьева (погиб в 1691 г.) был полный кавалерийский набор: сабля, чекан, "пистоль двоествольная", 2 винтовки, пищаль "большая гладкая", куяк "бит на красном скуне". + несколько седел. (К слову, среди его имущества много дорогой женской одежды и украшений, видимо, жену он баловал.)
Обычные рабочие топоры квалифицированы Багриным как оружие (с. 112). Если обратиться к первоисточникам в ДАИ, то находим там перечни захваченного тунгусами и юкагирами у русских имущества (в т.ч. котлы, какие-то "спицы железные" для промысла "рыбья кости" и моржового "зуба" - подобие гарпунов???).
Но, лучшее - про "редчайшее" "применение" Пашковым "топорика-чекана" против Аввакума. Как личное оружие богатейшего московского дворянина (за свой счет снарядил 160 чел. для похода) связано с вооружением сибирских казаков и стрельцов? Да, и вообще, насколько точно этот эпизод отразился в памяти Аввакума, который писал свое житие в Пустозерске спустя боле 20 лет после даурской эпопеи? При всем пиетете к самому образцовому борцу с системой, надо отметить, что память его подводила.
В общем, чем больше читаешь Багрина - тем сильнее крепнет уверенность, что тебя напороли.
В конце книги автор заботливо поместил все выдержки из ДАИ, которые использовал. Выглядит это, мягко говоря, необычно.
Короче, общие выводы по книге такие. Автор поставил интересные научные вопросы, но не ответил на них (ну, мало для этого опубликованного материала). Если лень читать ДАИ - можно обратиться к книге.

Сон разума рождает чудовищ, которые пишут "Сибирские книги".

Пару слов о "сибкниге" Кречмара, которая преподносится как "самая лучшая" книга по истории Сибири.
Вот пример этого стокового текста.
https://www.proza.ru/2014/09/27/1242
Речь идет об И.А. Галкине, известном енисейском атамане. Текст Кречмара о нем настолько плох и блохаст, что в самый раз проводить дезинсекцию. Итак, пару слов об ошибках (сколько не лень).
1. Галкин не строил Енисейский острог, прибыл спустя 10 лет после основания, уже после бунта против Ошанина, когда была "ротация" гарнизона.
2. До Енисейска служил в Березове (не в Тобольске).
3. Сыном боярским стал только после похода в Якутию 1633/34 гг.
4. Бой со сладкой парочкой Сойтом и Кояном в Канской земле, а не на Куте (Путешественник Кречмар, ты разницу-то понимаешь, а? Я ненавижу путешествия и поэтому нигде не кроме огорода и гаража не бываю, но знаю лучше!). Потом, кстати, Сойта отграйндкорил отряд красноярского атамана Д. Злобина.
5. Про два анабасиса Галкина в Якутию герр Креч почти ниале.
6. Заруба с Ходыревым. Сомнительно. Т.к. сохранился наказ Ж. Кондырева о смене Ходырева Галкиным.
7. Умер Галкин ок. 1657 г. В списке служилых 1660-х гг. был его родственник - Иван Галкин Меньшой.
Вот, так вот.
Оборони боже нас от такого науч-попа.

К истории кампании на Украине в 1664 г.

Известно, что война с Польшей 1654/67 гг. изучена так себе. Вот, был Хмель перед ней - воевал, воевал, не довоевал. А потом подался к царю (в учебниках на том и останавливаются). А потом царь послал своих воевод, забрал обратно Смоленск и Северщину. Но, дальше что-то не заладилось: Полонка, Кушликовы горы чудновская катастрофа. После того война как бы закончилась: посольства пошли, Ордин-Нащокин - "гениальный дипломат", "предшественник Петра" и все.
Мало кто знает, что в 1663 г. Ян Казимир пытался вернуть обратно все Левобережье и организовал для этого большой поход. Но, тут уж у него не задалось. Collapse )
Законспектировал я, наконец, отписку Г.Г. Ромодановского о том, как короля оттолкнули от Новгород-Северского. Надо сказать, князь был мастером краткой реляции. До многословной килы, которую любили разводить сибирские подьячие, его канцелярии далеко.
Сама отписка находиться по адресу: РГАДА. Ф. 214. Оп. 12. Белг. стол. Стб. 527.
Князь писал царю, "сошлись мы, холопи твои, с гетманом, с Ываном Брюховецкми, февраля в 7 день, а которые, государь, черкасские городы были в отложении к польскому королю по ево королевским и гетмана Павла Тетери по прелестным листам", "тебе, великому государю, били челом", "а которые, государь, были в тех городех залоги, по королевскому приказу ляхи и немцы и заднепровские казаки, и тех всех побили, а шляхту и знатных людей к нам [привели]", "а как мы пошли от Коропа к местечку к Вороножу, и пришли к Вороножу февраля в 13 день, и посылали под королевские войска подъезды" и "у твоих ратных людей" с "полков королевских людьми были бои за местечком Вороножем и твои ратные люди ляхов и крымских татар побили и языков поимали". Пойманные языки говорили, что "король от Севска пошол прочь и стоял от Нова Городка в полуторе мили февраля в 13, а войска иво, королевские, и крымские тотаровя пошли с ним за реку Десну, а воиводу русского Степана Чернецкого, а с ним отобрав изо всех королевских войск многих лутчих людей послал на нас, холопей твоих". (К сожалению, столбец варварски расклеен и не ясно, что там у Чарнецкого приключилось - фраза разорвана сверху вниз надвое). В общем, Чарнецкий (он ли?) из-за чего-то "ушел из табору", после чего полки Ромодановского и Брюховецкого "пошли от местечка Вороножа на Яна на Казимира, короля польского, и ... ратные люди ... передовых полков сошлись от Вороножа с версту с королевскими заставными полками, которые посланы от короля" "и учинили бой" и "ратные люди королевских людей побили и языков многих поимали и рубили до реки Десны на петнатцати верстах и тех королевских людей за реку десну загнали и за Десной бой был большой". Стороны после этого расположились по обе стороны реки, Ромодановский писал, что бои происходили "беспрестанно". По показаниям пленных, разгромленный "отборный" отряд состоял из 9 хоругвей рейтар, 3 полков солдат, 12 казацких хоругвей и имел при себе 11 пушек.
Битва происходила 21 февраля 1664 г.
Вообще, Ромодановских отписок в столбце много. Можно еще нарыть всякого. Насколько я помню из Виммера, перед походом коронное войско насчитывало 24 тыс. + было 14 казацких полков Тетери. + 8 тыс. крымских татар. В Белоруссии действовал гетман Пац с 14 тыс. чел. Виммер, опять же, насколько я помню, писал, что по окончании боев с Ромодановским только коронные войска не досчитались более 4 тыс. чел.